Ходьба

Однажды доктор прописал мне ходить. Дважды в день, после завтрака и после ужина. И я стал ходить: утром по парку с палками, вечером по городу с женой. А когда ходишь, хорошо думается. В отличие от того случая, когда бегаешь.

Когда-то в молодости мы с Палычем бегали по этому парку для здоровья. Ну, не то, чтобы прям для здоровья, был там и еще один мотив. Палыч как-то проведал, что членам «Клуба любителей бега» дают дополнительные талоны на сахар. А тогда многие продукты были по талонам, в силу перестройки и гласности. И предложил он мне записаться с ним в любители бега. Если бы не сахар, то я бы и не узнал никогда, что это за бег такой.

А дополнительный сахар нужен был Палычу для изготовления самогона. Не будет же он от семьи отрывать. Потому что водка тоже была по талонам в силу борьбы с алкоголизмом. Кстати, из-за этой борьбы у многих и появился повышенный интерес к алкоголю. Мне, например, до этого она была абсолютно пополам, а тут талоны отоварил — не выливать же её!

Так вот. Когда бежишь, единственная мысль, на которую ты способен, это поскорей бы добежать и отдышаться. Особенно, если перед этим еще и покурил. Короче, не моё это, пропади он пропадом, этот сахар. Да и самогонка у Палыча получалась какая-то отвратная на вкус. Из томатной пасты, кажется.

Другое дело – ходьба. Идёшь себе, делать нечего, думай сколько влезет. Такое легальное сачкование. И придумал я однажды во время прогулок вспоминать события своей жизни. Подробно, в хронологическом порядке, год за годом. Ну, и приступил.

Точно уже не помню, до каких лет я дошёл в своих воспоминаниях и сколько дней это у меня заняло, но скоро я обнаружил, что единственный отрезок жизни, который мне приятно вспоминать – это детство. Период от рождения до первой влюблённости – и всё! Дальше идут, всё учащаясь, какие-то обиды, позоры и комплексы. На одно хорошее воспоминание приходится десяток отстойных.

А из детства я помню единственную неприятность: когда отец не дал мне рубль на черепаху. Теперь-то я понимаю, что он поступил правильно, просто спас животное от неведомых экспериментов. Но тогда, помню, мне от обиды хотелось умереть. И посмотреть, как он потом будет жалеть о своей жадности. Однако, я быстро сообразил, что «умереть» и «потом посмотреть» как-то между собой не вяжутся, и отказался от этой мысли.

Был, правда, и еще один неприятный случай, когда матушка огрела меня шлангом от стиральной машины. Но его я не могу отнести к собственным плохим воспоминаниям. Потому что, во-первых, совершенно не помню, чем я ее до этого довел, а во-вторых, она потом так плакала, как будто это я ее огрел. И мне было ее жалко.

А всё остальное было просто замечательно! И самое замечательное – это мои деревенские летние каникулы. Простор, поля, луга, околки. Рыбалка, купание, грибы-ягоды. Солнце, воздух и вода! (Несколько впечатлений от этих каникул я описал в истории под названием Пока я ел карася.)

Нас было пятеро: четыре моих двоюродных деревенских брата и я, которого один из наших дядьёв называл «городским бандитом», несмотря на мой кроткий (на людях) нрав.

Кто-то из наших общих предков был рыжим, и это в разной мере отразилось на нашей конопатости. Но все мы завидовали нашему самому рыжему брату, потому что он облазил (или облезал?) от солнца несколько раз за лето, тогда как все остальные – только по одному, максимум два раза.

Сегодня почему-то первыми вспомнились наши набеги на чужие сады и огороды. И совсем не голод или недостаток витаминов толкал нас на эти преступления, а, видимо, азарт и фантазия.

Ползешь на пузе между картофельных кустов и представляешь себя разведчиком в тылу врага. Ботва сочная, пахучая, земля жирная, кусты хорошо окучены…

У слов тоже есть свой век. Например, «кушак» и «облучок» ушли в прошлое и больше не употребляются. И если бы наше поколение не было приучено читать книжки, то мы бы уже не знали, что они означают.  «Полоть» и «окучивать» — слова отживающие, боюсь, что уже наши внуки не смогут себе представить окученный куст картошки. Прогресс, едрёна! Трэнды-брэнды-нейросети…

А доползти надо до середины огорода, где растёт всё самое вкусное: огурцы, помидоры и дыни. Морковь и редиска – на самый крайний случай, а вот дыни – это главная добыча! И при этом надо вести наблюдение за домом, не выйдет ли из него хозяйка, которая запросто может угостить нас хворостиной вместо дыни. Риск!

Добытая с риском дыня утаскивалась в лесополосу и поедалась там, приправленная адреналином. А мы между тем делились впечатлениями от вылазки, нещадно преувеличивая её опасность и свою ловкость, и решали, чем займёмся дальше, потому что дел было невпроворот и одно другого интереснее!

2024